-Людмила Александровна, расскажите, пожалуйста, как вы начинали вашу педагогическую деятельность, как строили карьеру, где учились, почему именно профессия «учитель» привлекла ваше внимание?
- Я всегда мечтала быть учителем химии, так как мне нравилась наша учительница. Потом у меня появилась тяга к медицине, и мне хотелось стать врачом.
Наш выпуск был в 1966 году, выпускали и 10 класс, и 11 класс в один год. Иван Дмитриевич закончил 11 классов, была перестройка такая в образовании, а я закончила 10. Я побоялась, думала не поступлю, так как был конкурс огромный. Думаю, в медицину я не поступлю.
У меня отец жил в Саратове, мама жила на Волге, около Казани. Ну, я поехала к отцу, у мамы на руках мой брат еще. Мы жили бедненько, думаю, может, отец поможет. Поехала к нему. Сначала я подала заявления в радиотехнический институт, потом в политехнический институт, но у меня не было комсомольской характеристики, и поэтому не приняли документы. Ну и тогда я пошла в педагогический.
Там на курсе было 120 человек, и больше 20 человек из них отличников. Учиться было трудно, серьезно и интересно.
Выпустили нас в 1971 году. Направление было в Тюменскую область, в Саратовскую область и 10 направлений было в Оренбургскую область. Иван Дмитриевич взял в Оренбургскую область направления, а мы с ним уже решили пожениться, он мне и предложил ехать в Оренбургскую область.
Ну что я там не видела? Я предложила ему ехать в Тюменскую область. В Сургут у меня было направление. Приехали мы в Тюменское областное РОНО, опоздали немножко. На двоих там места не было, только на одного. Нас отправили в д. Каргалы, Викуловского района.
Попали в «дыру» такую, что мы там 6 лет проработали и кое-как сбежали. Там у нас был директор тоже химик, заслуженный учитель России, конечно, он дал нам всё. Географию вести дал Ивану Дмитриевичу, мне труды и биологию, половину химии он забрал, а мы другую половину.
Мы все предметы осваивали. А потом мы решили переехать сюда. Получилось вот как, было совещание по трудовому обучению трех районов (Викуловского, Абатского, Сорокинского) на базе нашего Викуловского района. Приехали все: и руководители партий, и руководители районов, руководители сельских советов, в общем, весь цвет трех районов.
Приехали ко мне в кабинет биологии . У меня было восемь шкафов, и все шкафы были заставлены чучелами птиц и животных, я делала их сама с детьми . Принесут они мне сову полярную огромную, уточку, горностая , и мы всё делали эти чучела. Они как увидели все эти шкафы, увидели мой пришкольный участок, там было очень много цветов, и давай меня агитировать, чтоб я ехала в Сорокино, обещали дать квартиру благоустроенную и ребенка в садик устроить, ведь в то время в садике место не так просто было достать.
Иван Дмитриевич был на курсах, я ему позвонила и предложила переехать в Сорокино, он сказал, что можно попробовать.
Я подаю заявления об увольнении, а директор его порвал и говорит, что никуда меня не отпустит. Я потом по почте в Викулово отправила заявления, 10 дней на работу не ходил, но все-таки уволил и всё мне оплатил.
И вот я попала сюда, в Сорокино. Здесь у нас было четыре часа химии в школе №1, в школе было 1200-1300 человек. Огромная была школа, четыре параллели, учились в две смены. Три урока в первую смену, два урока во вторую. Приходили домой в восьмом часу. Старший сын у нас был маленький, 3 года. Мы его оставим одного, приходим, он на столе сидит, стрижет что-нибудь, был сам себе предоставленный. А потом разделились, школа №2 построилась, и я ушла туда работать. Ивана Дмитриевича во вспомогательную школу забрали, потом в РОНО.
Но я вот работала и школе №1 и в школе №2 . Ну потом и школу №3 построили, и я ушла со школы №2, потому что далеко было ходить. И я перешла к вам в школу. Зубарев А.А., наш ученик, говорит: «Переходите к нам», и я перешла, вела химию и технологию. Ну вот так попала сюда.
-Вы бы поменяли профессию учителя на какую - нибудь другую?
-Нет. Но в душе я всё равно медик. Мне хочется всех лечить, мне хочется уколы ставить, мне хочется животных лечить, хочется людей лечить. Всё равно в душе я медик. Но в том, что я в школе, я даже не покаялась. Мне нравиться в школе. У меня хорошие отношения с учениками, мы понимаем друг друга, у меня конфликтов с учениками было мало. Я благодарна ученикам, что они ко мне с уважением относятся поколение такое уже, которым за пятьдесят сейчас. Они постоянно помнят обо мне, приглашают на встречи, постоянно общаемся.
-Скажите, пожалуйста, образование тогда или образование сейчас, где было лучше?
-Ну, мы в то время учились серьезно, у нас была цель куда-то поступить, чего-то добиться. Сейчас, мне кажется, образование нужно, чтоб только хорошие деньги получить, чтоб какую- то должность хорошую иметь.
Сын у нас старший живет в Америке с семьей. Внучка нам говорит, что они там едут в другие города поступать, в университеты, чтоб какую-то должность получить, какое-то образование, чтобы затем получить хорошую профессию, высокооплачиваемую работу. Мне кажется сейчас и у нас такое.
-Все-таки вы считаете, что образование в СССР было лучше?
-Лучше. Было не то чтобы лучше, было прочнее. Хотели знаний, хотели учиться. Дисциплины такой не было в то время. У меня вообще проблем с дисциплиной не было, мы как-то понимали друг друга. У меня любимые ученики были двоечники, хулиганы. Я их в угол ставила, бывало такое, что с бородой, с усами постоят в углу. Выше меня ростом. Встречаю как-то своего ученика бывшего, ему уже под пятьдесят, я ему говорю «неужели ты такой большой стал», а он отвечает: « Да, Людмила Александровна. Я босиком был 2,02, а теперь 2,04». Вот таких ставила в угол, и они не обижались. Онивстречают, обнимают меня, не обижаются, что я их наказывала, что ругала, в угол ставила. Не было такого, чтобы конфликты постоянно возникали с учениками.
-Ну и, на последок, пожелание тем, кто хочет стать учителем и учителям которые уже сейчас есть.
-Тем учителям, которые сейчас есть, и хотят ими стать, хочу сказать, что в ученике нужно видеть личность, видеть все его положительные черты и качества. И помочь их человеку развить!
